Искушение

(Отрывок)

Серебряной каймой очерчен лик Мадонны
В готическом окне, и радугой легло
Мерцание луны на малахит колонны
Сквозь разноцветное, граненое стекло.
Алтарь и дремлющий орган, и купол дальний -
      Погружены в таинственную мглу;
Лишь край мозаики в тени исповедальни
Лампаду отразил на мраморном полу.
      Седой монах, перебирая четки,
Стоял задумчивый, внимательный и кроткий;
И юноша пред ним колена преклонил;
Потупив взор, он робко говорил:
      "Отец мой, грех - везде со мною:
      Он - в ласке горлиц под окном,
      Он - в играх мошек над водою,
      Он - в кипарисе молодом,
      Обвитом свежею лозою,
      Он - в каждом шорохе ночном,
      В словах молитв, в огне зарницы,
      Он - между строк священных книг,
      Он - в нежном пурпуре денницы
      И в жгучей боли от вериг...
      Порою череп брал я в руки,
      Чтоб запах тленья и могил,
      Чтоб холод смерти утолил
      Мои недремлющие муки.
      Но все напрасно: голова
      В чаду кружилась, кровь кипела,
      И греза на ухо мне пела
      Безумно-нежные слова...
      Однажды - помню - я увидел,
      Уснув в горах на склоне дня, -
      Ту, что так страстно ненавидел,
      Что так измучила меня.
      Сверкало тело молодое,
      Как пена в сумрачных волнах,
      Все ослепительно-нагое,
      В темно-каштановых кудрях.
      Струились волны аромата...
      Лежал недвижим я, как труп.
      Улыбкой дерзких, влажных губ
      Она звала меня куда-то,
      Она звала меня с собой
      Под полог ночи голубой:
      "Отдашь ли мне ночное бденье,
      Труды, молитвы, дни поста
      И кровь распятого Христа,
      Отдашь ли вечность и спасенье -
      За поцелуй?.."
                  И в тишине
      Звучало вновь: "Отдашь ли мне?.."
      Она смеялась надо мною,
      Но, брошен вдруг к ее ногам
      Какой-то силой роковою,
      Я простонал: "Отдам, отдам!..""
      .................................................

1884