Сергей Козлов. Необыкновенная весна


      - Если бы ко мне пришла Волчица и сказала: "Ежик, хочешь, я тебя сделаю волчонком?" - я бы ей сказал: "Нет!" А ты?
      - Я бы ей сказал: "Только попробуй!"
      - А она бы сказала: "Соглашайся, Медвежонок, мы с тобой вместе будем есть лошадей!"
      - А я бы ей сказал: "А кто будет Медвежонком?"
      - А она бы сказала: "А Медвежонка не будет. Будет коричневый волчонок Топотун".
      - А кто будет Медвежонком?!
      - Я же тебе говорю, - сказал Ежик, - Медвежонка не будет: будет коричневый волчонок Топотун.
      - Отойди! - рявкнул Медвежонок. - Или я не знаю, что я с тобой сделаю.
      - Так это же не я, это же Волчица, - сказал Ежик.
      - Все равно! - сказал Медвежонок.
      И заплакал.


      Это была самая необыкновенная весна из всех, которые помнил Ежик. Распустились деревья, зазеленела травка, и тысячи вымытых дождями птиц запели в лесу. Все цвело.
      Сначала цвели голубые подснежники. И пока они цвели, Ежику казалось, будто вокруг его дома - море, и что стоит ему сойти с крыльца - и он сразу утонет. И поэтому он целую неделю сидел на крыльце, пил чай и пел песенки.
      Потом зацвели одуванчики. Они раскачивались на своих тоненьких ножках и были такие желтые, что, проснувшись однажды утром и выбежав на крыльцо, Ежик подумал, что он очутился в желтой-прежелтой Африке.
      "Не может быть! - подумал тогда Ежик. - Ведь если бы это была Африка, я бы обязательно увидел Льва!"
      И тут же юркнул в дом и захлопнул дверь, потому что прямо против крыльца сидел настоящий Лев. У него была зеленая грива и тоненький зеленый хвост.
      - Что же это? - бормотал Ежик, разглядывая Льва через замочную скважину.
      А потом догадался, что это старый пень выпустил зеленые побеги и расцвел за одну ночь.
      - Все цветет! - выходя на крыльцо, запел Ежик.
      И взял свою старую табуретку и поставил ее в чан с водой.
      А когда на следующее утро проснулся, увидел, что его старая табуретка зацвела клейкими березовыми листочками...