Сергей Козлов. Лисичка

      Это был необыкновенный осенний день! Было столько синевы, столько огненных листьев, столько солнца, что к вечеру Медвежонок заплакал.
      - Ты чего это? - спросил Ежик.
      - Не знаю, - сказал Медвежонок. - Плакать хочется.
      - Да ты посмотри...
      - Я видел, - сказал Медвежонок. - Потому и плачу.
      - Чего ж здесь плакать? Радоваться надо, - сказал Ежик.
      - Я от радости плачу, - сказал Медвежонок.
      - Разве от радости плачут?
      - Еще бы! - И Медвежонок разрыдался.
      - Успокойся, что ты! - Ежик погладил Медвежонка лапой. - Завтра снова будет солнце, и снова будут лететь листья, и улетать птицы.
      - Улетать, - всхлипнул Медвежонок. И разревелся еще пуще.
      - Но они прилетят, - сказал Ежик. - Они вернутся. Пройдет зима, снег растает, и они вернутся.
      - Зима, - Медвежонок горько плакал и весь вздрагивал.
      - Ну да, зима. Но она пройдет, и все будет снова.
      - Не хочу! Не хочу, слышишь?
      - Чего ты не хочешь?
      - Чтобы все уходило, улетало! - крикнул Медвежонок.
      - Это же ненадолго, - сказал Ежик. - Ты же сам знаешь. А как красиво зимой!
      - Зимой я тоже буду плакать.
      - Зимой? Да почему?
      - Мне будет ее жалко. - И Медвежонок уже так расплакался, что Ежик понял: словами здесь не поможешь.
      - Бежим! - крикнул он.
      - Куда? - поднял зареванные глаза Медвежонок.
      - Бежим, говорю! - И Ежик схватил Медвежонка за лапу и потащил в лес.
      - Куда ты меня тащишь?!
      Они пробежали мимо старой сломанной березы, перешли по сгнившему мостку ручей, перелезли через срубленную осину и, петляя между горелых пней, поднялись в гору.
      - Смотри! - сказал Ежик и показал Медвежонку гриб-лисичку.
      Маленький золотой гриб, поджав коленки, в сумерках сидел во мху.
      - Видишь? - сказал Ежик. - У него нет ни папы, ни мамы, ни Ежика, ни Медвежонка, он совсем один - и не плачет.