Интервью с Констанц Фрёлинг для Le Soleil Noir

2007 © lumièrre, Le Soleil Noir
перевод © Morgana Himmelgrau

      Le Soleil Noir: Дорогая Куирина, пожалуйста, расскажи нам что-нибудь о себе. Когда ты начала заниматься музыкой? Где ты живешь? Есть ли у тебя еще какая-нибудь работа, кроме музыки? Может быть, что-нибудь о своей семье?
      Constanz Fröhling: Вопросы с самого начала такие, что можно провести целый вечер, отвечая на них, но я постараюсь ответить по возможности коротко. Я выросла с музыкой, вся моя семья - очень музыкальная, один мой старший брат - музыкант при церкви, второй - звукорежиссер. Многие мои двоюродные братья и сестры работают в оркестрах. Это, конечно, несет свой отпечаток, и я начала учиться игре на своем первом музыкальном инструменте (скрипка) уже в возрасте четырех лет.
      Тот стиль музыки, которым я занимаюсь сегодня, уходит корнями в мою любовь к фэнтези и средневековью. После того, как для меня окончились тяжелые времена, я вновь начала писать песни, и с тех пор пишу музыку только в этом стиле.
      Музыка - это не то, что я для себя обозначила бы словом "работа", поскольку основным моим занятием на данный момент является учеба, которую я наверстываю, и подготовка к экзаменам на аттестат зрелости, а также моя маленькая дочь, которую я воспитываю одна.

      Le Soleil Noir: Что означает имя "Куирина" (Cuirina)? Мы все привыкли к имени "Констанц" (Constanz), и я обнаружила имя "Куирина" только тогда, когда нашла твой сайт.
      Constanz Fröhling: Констанц - мое настоящее имя, Куирина - мой псевдоним. Этот псевдоним формировался в течение ряда лет. Первоначально Куирина была персонажем, которого я воплощала в одной онлайновой ролевой игре. О ней же, о Куирине, я написала свою первую романоподобную историю и под ее именем опубликовала свои первые песни, которые касались не моих личных впечатлений и мыслей, а отражали один из многих онлайновых фэнтезийных миров, которые на тот момент существовали. Так этот псевдоним получил известность, "прилип" ко мне и тогда я просто его оставила себе.

      Le Soleil Noir: Я знаю, что у тебя есть дочь. Можешь ли ты рассказать нам что-нибудь о ней? Хочешь ли ты, чтобы она стала музыкантом, как и ты?
      Constanz Fröhling: Что я должна рассказать о своей дочери? Она - чудесная, она - самое прекрасное из того, что до сего момента происходило в моей жизни. Она и сама любит истории об эльфах и феях, и даже уже немного поет. На данный момент она учится немного играть на гитаре и, если она захочет продолжать учебу дальше, я ее, конечно же, поддержу, но я не хотела бы заставлять ее заниматься музыкой. Музыка только тогда прекрасна, когда человек может заниматься ею добровольно.

      Le Soleil Noir: В интервью для GothicWorld ты упомянула, что выступаешь на так называемых средневековых ярмарках. Пожалуйста, расскажи нам, что это такое (в России нет таких ярмарок)? Где они проводятся? Почему ты решила выступать в таких необычных (для русских) местах?
      Constanz Fröhling: Здесь, в Германии, такие средневековые ярмарки, собственно говоря, больше не являются чем-то необычным. Они проводятся часто и с размахом. В большинстве случаев место проведения таких ярмарок делится на две территории. В одной организуется непосредственно средневековая ярмарка с торговыми рядами, где продаются товары ручной работы, еда, сделанная по старинным рецептам, одежда, вино, украшения, оружие и так далее. Вторая территория чаще всего является военным лагерем, где посетителям демонстрируется средневековая жизнь (там живут, работают, готовят пищу, как делали это тысячу лет назад). Костюмы, которые носят на таких ярмарках, естественно, соответствуют средневековому времени.
      Я люблю там выступать. И где бы для меня с моей арфой было бы лучше, как не сидя у костра посреди мира, который не существует уже более тысячи лет? Это доставляет массу удовольствия.

      Le Soleil Noir: На твоем сайте есть твои в высшей степени красивые фотографии. Это промо-фотографии для твоего нового диска? Или просто фотосессия, чтобы осчастливить наши глаза?
      Constanz Fröhling: Если речь идет о фотографиях, сделанных фотографом по имени "kleine Aster" ("малышка Астер"), то они возникли потому, что мы обе уже давно и независимо друг от друга мечтали сделать подобные фотографии. Когда они уже были готовы, они мне так понравились, что я полагаю вполне вероятным, что в будущем использую их для оформления своего следующего альбома.

      Le Soleil Noir: Если планируется новый альбом, пожалуйста, расскажи нам что-нибудь о нем. На что он будет похож?
      Constanz Fröhling: Новый альбом сейчас в работе, но я не хотела бы о нем много говорить. Всё, что я сейчас могу о нем сказать, это то, что в этот раз я записываю свои песни без участия второго музыканта, и то, что аранжировки в этот раз будут существенно более минималистичными, чем они были на альбоме Nenia C'Alladhan. Скорее всего, они будут сделаны в том же направлении, в каком их можно услышать у меня на сайте.

      Le Soleil Noir: Возможно ли это для тебя - писать музыку к стихам каких-нибудь известных поэтов, например, Бодлера, Оскара Уайльда и других? На чьи стихи, кроме своих собственных, ты можешь писать песни?
      Constanz Fröhling: Мне очень сложно озвучивать стихи других поэтов, поскольку песня для меня является неким цельным произведением, которое может трогать, создавать образы, рассказывать истории не только через свой текст, но и через мелодию.
      Есть пара народных песен, которые я пою. Кроме того, я люблю песни моей подруги Шай (Schei) (она пишет восхитительные песни и сама обладает впечатляющим голосом), ее песни я пою охотно. Но на тексты известных авторов я до сих пор написала музыку лишь однажды.

      Le Soleil Noir: Есть ли какие-нибудь известные песни, которые ты хотела бы исполнить на свой манер, сделать свои аранжировки - одним словом, сделать "римейк"? Если да, то что это за песни?
      Constanz Fröhling: С этим сложно, поскольку мой музыкальный стиль довольно специфичен. Единственные песни, которые у меня время от времени вызывают такое желание, это пара-тройка песен группы Subway To Sally. Например, "Kleid aus Rosen", "Ohne Liebe" или "Eisblumen".

      Le Soleil Noir: Тебе приходилось когда-нибудь слышать песню какой-нибудь группы или, может быть, какое-нибудь классическое произведение, и думать "о, какая жалость, что эта вещь написана не мной"? Если да, то что это за песни?
      Constanz Fröhling: Нет, полагаю, такого со мной произойти не может, поскольку каждое произведение, неважно, классическое или современное, которое трогает меня до такой степени, что больше не покидает моего сердца, является для меня своего рода подарком. Я радуюсь ему и принимаю его таким, каков он есть. Если такое произведение продолжает меня занимать, то, возможно, оно принесет мне вдохновение для написания собственной песни, кто знает? Например, у нас с Шай есть несколько песен на сходную тематику, и это определенно потому, что ее музыка представляет собой огромный источник вдохновения для меня.

      Le Soleil Noir: Что ты думаешь о программировании в музыке? Я имею в виду такие группы, музыка которых создана с помощью исключительно клавишных и компьютера, без использования таких живых инструментов, как арфа, лютня и так далее?
      Constanz Fröhling: Я считаю, что каждый должен решить сам для себя, какую музыку он хотел бы создавать. Есть абсолютно электронно сгенерированная музыка, которая мне нравится, но я сама не хотела бы этим заниматься, так как я привязана к своему инструменту и к возможности исполнять свою музыку в любом месте этого мира.

      Le Soleil Noir: Что ты думаешь о сильной коммерциализации в современной музыке (и готическая музыка, к сожалению, тут не является исключением)? Смогла бы ты когда-нибудь писать музыку ради денег?
      Constanz Fröhling: Сложный вопрос. Многое сегодня коммерциализировано, не только музыка. И многим ставится в упрек коммерциализация, хотя это не соответствует действительности. Границы очень размыты, и сложно описывать что-то с определенностью, что вот это плохо, а вот это хорошо, особенно музыку, так как она всегда является делом вкуса. Что я посчитаю отвратительным, другой назовет прекрасным, и наоборот.
      Конечно, я смогла бы писать музыку из-за денег, я ведь собираюсь продавать свой следующий альбом. Но я ни за что на свете не хочу жить за счет музыки, ибо музыка должна быть тем, что я только тогда создаю, когда хочу создавать, а не когда должна это делать. Кроме того, всегда будет так, что я предоставлю людям возможность слушать мою музыку без денег, так как для меня это очень важно.

      Le Soleil Noir: Какую литературу, какое изобразительное искусство и фильмы ты предпочитаешь? Есть ли какие-нибудь книги, картины великих мастеров или фильмы, которые сильно повлияли на твою идеологию?
      Constanz Fröhling: Я всегда очень охотно смотрю фильмы и читаю книги в стиле фэнтези. Но есть только одна единственная писательница, которая меня так сильно тронула, что я провела в слезах всю ночь, читая ее книги. Ее зовут Элизабет Хэйдон (Elizabeth Haydon). Она написала длинную историю об одной певице, которая своей музыкой могла волновать даже неодушевленные предметы, которая сама играла на арфе и лютне и пережила очень трогательную историю. Я могу только настойчиво порекомендовать эти книги каждому.

      Le Soleil Noir: Нравится ли тебе путешествовать? Какие страны и/или города тебе нравятся больше всего? Как думаешь, хотела бы ты побывать в России с камерным концертом или с частным визитом?
      Constanz Fröhling: На самом деле у меня никогда не было возможности попутешествовать, о чем я очень сильно жалею. Я никогда не ездила дальше, чем в Австрию или Голландию и однажды в Прагу. У меня есть мечта, съездить однажды в Ирландию и пожить там какое-то время. В Россию я бы тоже съездила, но у студентки, одной воспитывающей своего ребенка, хотя и занимающейся музыкой, отсутствуют средства на такие отдаленные цели.
      Я всегда охотно даю концерты там, куда могу добраться. Как например, летом я просто появлялась на ярмарках и исполняла музыку, так как в определенном смысле это то, что меня поддерживает.

      Le Soleil Noir: Какое у тебя хобби?
      Constanz Fröhling: Музыка, конечно. Кроме того, я люблю рисовать, я читаю, когда у меня на это достаточно времени, и меня очень сильно интересует биология. Но моим самым большим хобби, без сомнения, является моя маленькая дочь, которая занимает бóльшую и лучшую часть моего времени.

      Le Soleil Noir: Считаешь ли ты себя счастливым человеком?
      Constanz Fröhling: Тем, кто знает и понимает мои песни, станет ясно, что такие истории не пишутся, когда жизнь устлана только розами. Однако я счастлива, так как я всегда, неважно, что происходит в моей жизни, встаю и иду дальше. И я намереваюсь поступать так же и в будущем.

      Le Soleil Noir: И последний вопрос о Nenia C'Alladhan: Как ты относишься к теперешней музыке и идеологии Анны-Варни? Согласилась бы ты сейчас написать еще один альбом для Нении, если бы он тебе это предложил?
      Constanz Fröhling: Мы уже очень давно больше не общаемся с Варни и, честно говоря, я не знаю его последний альбом, поэтому, к сожалению, мне нечего сказать по этому поводу.

      Le Soleil Noir: Что ты можешь сказать людям, которые прочтут это интервью, готам из России, твоим поклонникам и людям, которые хотели бы быть похожими на тебя?
      Constanz Fröhling: Я могу только поблагодарить вас за то, что вы принимаете участие в моих песнях и слушаете их, так как музыка жива только тогда, когда она достигает сердец. Кроме того, меня очень трогают все письма и e-mail'ы, которые я получаю в больших количествах. Это прекрасно, когда можно поговорить с людьми, которых трогает то, что ты делаешь. Спасибо за то, что у меня есть такая возможность. Особенно я впечатлена тем, что коснуться удалось даже тех, кто не понимает мои слова (в языковом отношении). Это ваш самый прекрасный мне подарок.